Посредник в Донбассе. Что известно о новом представителе ОБСЕ в контактной группе

Посредник в Донбассе. Что известно о новом представителе ОБСЕ в контактной группе

С 1 августа в Контактной группе по урегулированию ситуации в Донбассе (ТКГ) сменился главный посредник, каковым является представитель ОБСЕ. Им стал финский дипломат Микко Киннунен. Впервые он проявит себя в новом качестве только 26 августа, так как в работе ТКГ сейчас летние каникулы, а пока у него есть время войти в курс дела

Впрочем, в этот курс он входит по меньше мере с 19 июля. Тогда подтвердились циркулировавшие несколько недель слухи об уходе его предшественника, швейцарского дипломата Хайди Грау, и действующий председатель ОБСЕ, министр иностранных дел Швеции Анн Линде объявила о назначении на ее место Киннунена. А 21 июля на видеоконференции Контактной группы Грау официально представила своего преемника.

Тогда же масса ресурсов поместили однотипную справку о Киннунене. Из нее следует, что он — опытный дипломат, который работал в посольствах Финляндии в России, США, Казахстане и Киргизии, в представительстве своей страны в ООН, а в настоящее время является директором Политического департамента финского МИД. Сообщалось также, что Киннунен специализируется на вопросах безопасности, кризисного урегулирования и борьбе с гибридными угрозами и владеет английским, русским, шведским, китайским, французским и японским языками.

Из такой справки невозможно предрекать его позицию. Можно, конечно, строить гипотезы на основе гражданства. Самая простая из них оптимистична. Дескать, Финляндия — нейтральная страна, которая и в годы Холодной войны имела дружественные отношения с СССР. Тогда и возникло понятие «финляндизация», которым зачастую характеризуют гипотетическую модель приемлемой для России украинской государственности. А Швейцария, хотя и нейтральная страна, таких особых отношений никогда не имела.

Гипотеза неверная. По публикациям переводов финской прессы видно, что в стране есть исторические обиды на Россию, куда более свежие, чем поражение швейцарских частей Наполеона на Березине в 1812 году, и что «финляндизация» воспринимается прежде всего как навязанное Москвой ограничение суверенитета из-за проигрыша во Второй мировой. На властном уровне такие настроения выражаются, правда, осторожно. Но Финляндия в отличие от Швейцарии член Евросоюза, а ЕС на уровне своих брюссельских структур, особенно Европарламента, поддерживает политику Киева по Донбассу сильнее, чем Берлин и Париж.

Однако, бесспорно, финны, как и представители любого народа, достаточно разные. Поэтому главное значение имеет позиция лично Микко Киннунена. А о ней можно составить представление по его Twitter. И хотя ведет он аккаунт неактивно (около двух твитов в месяц), там немало красноречивой информации.

Так, Киннунен был специальным послом Финляндии по противодействию «гибридным угрозам». Это популярный на Западе эвфемизм, под которым имеется в виду российская дезинформация, каковой считается практически любая нежелательная на Западе информация (под нее подпадают, например и посты в соцсетях о ненужности вакцинации, хотя официальная линия Москвы совсем иная).

Финляндия считается самой передовой страной в ЕС по борьбе с такими угрозами, потому-то в Киеве этой весной ее посла вместе с послами G7 приглашали на презентацию центра по борьбе с дезинформацией в СНБО. А западные СМИ восторженно пишут, что в Финляндии учат распознавать фейковые новости с детского сада.

На подобную публикацию в «Дейли Телеграф дает ссылку и Киннунен в «Твиттере». Сам он пропагандировал финский опыт по всему миру. Так, 4 марта 2019 года материал о беседе с ним поместило сингапурское издание GovInsider. Там сказано, что гибридные угрозы «приобрели широкую известность, когда Россия аннексировала Крым у Украины в 2014 году, используя сочетание вооруженных сил, кибератак и пропагандистских кампаний».

Правда, из текста неясно, принадлежат такие формулировки журналистам или финскому дипломату. Сам Киннунен в этом материале не предстает особым русофобом, однако 24 апреля того же года помещает в «Твиттере» свое фото с Лутцем Гюллнером, главой Рабочей группы по стратегическим коммуникациям ЕС (об этой одиозной структуре мы подробно писали).

Позже появляются и твиты на украинскую тему. 31 октября прошлого года Киннунен дает ссылку на статью финского дипломата и юриста Юхи Райнне на сайте «Атлантического Совета» о важности санкций против России для трансатлантического единства. И цитирует особо запомнившийся фрагмент: «Несомненно, санкции оказались эффективными, так как установили ограниченную, но неоспоримую цену за противоречащие международному праву действия России в Украине». И хотя Киннунен ничего от себя здесь не пишет, цитата красноречиво свидетельствует о его настроениях.

Еще красноречивей запись от 23 февраля этого года. Это ретвит сообщения финской миссии в ООН «Страны Северной Европы и Балтии на временно оккупированных территориях Украины»: «У конфликта нет военного решения. Единственный способ найти устойчивое политическое решение — это политический диалог и выполнение Минских соглашений». И там же ссылка на текст выступления постоянного представителя Финляндии в ООН Юкки Саловары на 54-м пленарном заседании 75-й сессии Генеральной Ассамблеи по вопросу «Ситуация на временно оккупированных территориях Украины», где финский представитель говорил от имени также четырех прибалтийских стран — Швеции, Дании, Норвегии и Исландии.

Да, призыв к диалогу и выполнению Минских соглашений — это, конечно, хорошо. Но использование понятия «оккупированные территории» его девальвирует. Это ключевое понятие украинского политического лексикона, которое Киев использует как главный аргумент для отказа от переговоров с представителями ДНР и ЛНР в Контактной группе. Но финский представитель в ООН, как и прочие официальные лица Запада, считает, что Минские соглашения должна выполнять только Россия, а потому санкции должны оставаться, пока она их не выполнит.

Параллельно он делает комплимент Киеву «за политическую волю и конструктивный подход в вопросе урегулирования».

Ну а ДНР и ЛНР для него — это не представители местного населения, а лишь «вооруженные формирования». Такая формулировка, конечно, доминирует на Западе, но не 100%-но. Например, МИД Швейцарии, сообщая в этом январе о переназначении Грау шведским председательством ОБСЕ, пишет, что «четыре подгруппы ТКГ включают также представителей неподконтрольных территорий Восточной Украины». А вот Финляндии, сообщая 19 июля о назначении Киннунена, просто упоминает, чем занимаются подгруппы, не говоря, чьи представители там работают.

А многозначительней всего выглядит инцидент на последнем заседании гуманитарной подгруппы, которое впервые вела новый координатор от ОБСЕ, соотечественница Киннунена Шарлотта Реландер. Информируя об итогах заседания 20 июля, представитель ЛНР в подгруппе Ольга Кобцева сказала, что позиция Реландер позволила представителям Украины уйти от обсуждения повестки заседания, поскольку координатор «заявила, что сторонами переговорного процесса являются Россия, Украина и ОБСЕ, исключив Республики Донбасса». То есть озвучила ключевой киевский тезис, с которым за всю историю переговоров не солидаризировался публично ни один из координаторов ОБСЕ.

Трудно предположить, что Реландер говорила бы такое, если бы знала, что у Киннунена — другое мнение.

В общем, бэкграунд по части объективности у нового представителя ОБСЕ заметно более тревожный, чем у его предшественников Хайди Тальявини, Мартина Сайдика и Хайди Грау, чья деятельность до назначения в контактную группу не вызывала подозрений в необъективности. А с учетом того, что Берлин и Париж сейчас больше, чем когда-либо, солидаризируются с Киевом в оценке того, кто является субъектом конфликта, можно предполагать, что новый представитель ОБСЕ в контактной группе станет просто инструментом давления на Москву и Донбасс.

Кстати, фамилия Грау переводится с немецкого как «серая». Ну а, по Стругацким, после серых всегда приходят черные.

 

Источник: ukraina.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.